Опера...по-японски

Один из наших корреспондентов минувшей зимой побывал на интересной и весьма необычной постановке, о которой обязательно хотелось бы рассказать.

 

«Действо разворачивается в богатом доме О-Нацу, где идут приготовления к свадьбе. Но невеста грустна, поскольку любит молодого приказчика Сэйдзюро, и эта любовь взаимна. Некто Кандзюро крадёт деньги, предназначенные в приданое О-Нацу. В краже обвиняют Сэйдзюро, и он решает отомстить настоящему вору. Однако в темноте принимает другого человека за Кандзюро и убивает его. Сэйдзюро ждёт казнь, и его последнее желание - выкурить трубку. Сделав один вдох, он внезапно вонзает трубку в своё горло и умирает. В этот момент, благодаря случайно найденному письму, раскрывается истинное имя вора "свадебных" денег. Душа Сэйдзюро из рая обращается к О-Нацу, участь которой - до конца жизни пребывать в монастыре и молиться за любимого...»

 

Такова фабула оперы «О-Нацу», написанной японским композитором Цукамото Иссэем по сюжету романа "О-Нацу и Сейдзюро" (1707) знаменитого драматурга Тикамацу Мондзаэмона (1653-1724). Основанная на реальных событиях и превращённая в пьесу для театра дзёрури, она прославила имя своего автора и до сих пор воплощается в разных жанрах театрального искусства.

 

Цукамото написал очень трогательную и выразительную музыку в европейской классической традиции, но обогащенную элементами японской этнической мелодики. Инструментальный аккомпанирующий состав тоже необычен: виолончели, традиционная европейская флейта, две классические японские бамбуковые флейты сякухати и барабан цуцуми.

 

Российская премьера оперы с большим успехом прошла 13 ноября 2005 года в Рахманиновском зале Московской консерватории, после чего "О-Нацу" несколько раз была представлена публике в Москве, Рязани, а так же в сокращенном варианте - в Японии (Тиба, Сираку, Тэнри). В 2008 году опера гастролировала в Санкт-Петербурге, Пскове, Великом Новгороде и Туле.

 

Спектакль регулярно показывается в Москве, и одно из последних представлений состоялось 16 декабря, всё в том же Рахманиновском зале. Руководил постановкой Александр Владиславович Соловьёв. После спектакля нам удалось взять у него интервью и побольше узнать об этом уникальном проекте.

 

- Как Вам пришла идея о постановке именно этой оперы?

- В 2005 году Маргарита Ивановна Каратыгина, начальник Управления координации международной деятельности Московской консерватории, пригласила меня принять участие в постановке японской оперы «О-Нацу». Для меня это приглашение было достаточно неожиданным, поскольку в основном я занимался и занимаюсь хоровыми опусами, а здесь горизонт раздвигается много шире. Работа с солистами оказалась очень интересной - они на то момент ещё были студентами и аспирантами Московской консерватории. Сейчас, по прошествии шести лет, это артисты ведущих московских театров.

 

Конечно, на первом этапе были определённые проблемы. Но репетиционный процесс занимал где-то два месяца от момента получения нот до, собственно говоря, первого сценического воплощения на сцене Рахманиновского зала. Все с разной скоростью преодолевали сложности, которые перед нами вставали, и, в результате, когда случилась первая премьера, приехавший ради неё композитор Иссэем Цукамото был очень доволен. Остались его отзывы о спектакле, было японское телевидение.

 

Роль хора на первых спектаклях выполняли солисты. Просто ансамблировали все вместе, и опера имела такое камерно-вокальное направление. Сейчас же хор вырос уже в отдельный персонаж - не только вокальный, но и сценический.

 

- А почему состав хора решили расширить?

- Просто появилась такая возможность. Долгое время я руководил женским хором, затем два года возглавлял хор студентов Музыкального факультета МПГУ. Затем пришла идея что, нужно создавать свой коллектив, и в 2008 году появился концертный хор МПГУ, который и участвует в постановках.

 

- А какую роль хор играет в опере, и насколько важна эта роль?

- Режиссёр, Светлана Григоруца постаралась, чтобы хор не просто был задействован в четырех-пяти сценах и подавал там свои небольшие сольные реплики, а чтобы он также являлся и участником сценического действия. Даже когда хор не поет, он добавляет эффект - если можно так выразиться - простора, или объёма.

 

Те пластические этюды, которые были предложены для спектакля, лаконичны, но несут определенный смысловой посыл. В этом, последнем, - никогда не говори «последнем»! – то есть, заключительном показе оперы в этом году хор разросся до шестнадцати человек. Многие считали, что это слишком. Я же думаю, что здесь, в первую очередь, нужно говорить о важности того, что артисты заинтересовались и пришли. И для них интересно погрузиться в ткань этого спектакля - они познавали, занимались с носителем языка, услышали японскую речь, смогли ее донести до слушателей, - и донести качественно, - мне кажется, что это очень важно, и для каждого человека, участвовавшего в проекте, это останется на всю жизнь.

 

В основном, это студенты - Педагогического университета, консерваторцы. Их стремление к участию необходимо, и важно, я должен Вам сказать, что в последних двух спектаклях хор себя проявил великолепно. В смысле интонирования, в смысле художественного вкуса, в смысле пластики всё было на своем месте, - то есть моя задумка о расширении хора полностью оправдала себя как с визуальной точки зрения, так и с аудиальной.

 

- Нашли ли отражение в опере формы национальных жанров?

- Я бы сказал, что национальный мелос здесь, безусловно, слышен. А вот про жанры сказать сложно. Скорее, это европейская номерная структура. Вся опера поделена на отдельные эпизоды. Если посмотреть на авторский клавир - он несколько толще по сравнению с тем вариантом, который мы сейчас исполняем, - не могу сказать, что там что-то в смысле общей картины добавлено. Если бы мы взяли оперу целиком, не думаю, что она сильнее воздействовала бы на зрителя, чем то, что мы ставим.

 

Мы взяли экстракт - и лучший экстракт - из того, что было написано. Хотя, пару лет назад мы добавили отдельный инструментальный номер - он есть в оригинале. И так добавляем постепенно - то хор, то какие-то элементы японских инструментов, - все время что-то ищем в этом спектакле. У меня перед этими декабрьскими показами возникла идея ввести в кульминацию японские барабаны, и мы обязательно это сделаем. У Маргариты Ивановны есть блестящий ансамбль барабанщиков - они ещё более усилят национальный колорит.

 

Светлана Аношкина 

газета Российской Академии музыки имени Гнесиных "Дирижер-хоремейстер" N13 март 2012

 

WA – ON
Ансамбль японской
музыки
Дракон и Феникс
Ансамбль китайской музыки
Караван
Группа иранской музыки
ФОТО, ВИДЕО, АУДИО
Вселенная звука
Международная научно-творческая программа
Душа Японии
Международный музыкальный фестиваль
Потомки Арктиды
Международная научно-творческая программа
Собираем друзей
Международный музыкальный фестиваль
П В С Ч П С В
 
 
 
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31