"Давным-давно, когда озеро Сут-холь было чёрной лужицей..."

 

Давным-давно,

Когда озеро Сүт-Хөл было чёрной лужицей,

А гора Сумбер-Ула была маленьким холмиком,

Когда круглое катилось по земле,

А плоское летало по воздуху…

 

Таков стандартный зачин тувинских сказаний. Они исполняются особыми людьми — сказителями, которые, будучи искусными певцами и музыкантами, актёрами и рассказчиками, порой шаманами и целителями, прорицателями, способными под звуки своих магических музыкальных инструментов погрузить слушателя в гипнотический сон, перенести его в иные края и былые времена. И такие путешествия могут продолжаться не один день и не одну ночь подряд.

 

 

В эпических сказаниях разных народов мира, говоря современным языком, присутствуют извечные темы: политика, геополитика, мир и войны, борьба за власть, за ресурсы, философия и религия, любовь и измена, долг и предательство, месть и ненависть, честь и бесчестье, надежда и утрата. Порой поражает красота, мастерство и изобретательность выражений, которые в наш век и с нашим современным мышлением кажутся немыслимыми.

 

Эпические сказания сложно понять, иногда необходима расшифровка, а иногда нужно всё принять так, как в них сказано: «давным-давно, когда круглое катилось по земле, а плоское летало по воздуху...» — так начинаются тувинские сказания, описывающие момент зарождения земли.

 

 

Каждый тувинец знает, что родина тоол (тоол — «сказание», «сказка») — легендарное место под названием Сүт-Хөл (Сут-Холь, «Молочное озеро»). Красив и богат здешний край, а молочное озеро Сүт-Хөл неспроста называется «Молочным»: вода его чиста и сытна, а рыба вкусна и жирна, и всех оно накормит и напоит. Отсюда берут своё начало древние тувинские роды — Монгуши, Ондары, Тюлюши, Ховалыги и Сарыглары.

 

Здесь рождались и продолжают рождаться непобедимые борцы. Здесь живут красавицы, прославленные на всю Туву, и испокон веков были тут певцы-сказители тоолчу. Именно здесь тоол обретает своё слово, потому как каждая сказка начинается словами: «Давным-давно, когда озеро Сүт-Хөл было маленькой лужей…». Поэтому в Туве Сүт-Хөл считают волшебным местом, родиной борцов и сказок.

 

 

Поиски тувинских сказителей начались для меня с доктора культурологи Валентины Юрьевны Сузукей (Главный научный сотрудник сектора культуры ТИГИ, Тувинского института гуманитарных исследований). Валентина Юрьевна познакомила меня с литературоведом-фольклористом, филологом Зоей Баировной Самдан (кандидат филологических наук, ведущий научный сотрудник сектора фольклора ТИГИ), собиравшей тувинские эпические сказания, сказки, легенды, мифы и предания на протяжении почти сорока лет.

 

От Зои Баировны я и получил заветный список интересующих меня сказителей. Оказалось, что из потомственных сказителей Тувы старшего поколения осталось всего четыре человека. Трое из них проживают в окрестностях озера Сут-Холь, в сёлах Алдан-Маадыр и Кара-Чыраа, четвёртый в Чаа-Холе. Было решено ехать сначала в Сут-Хольский кожуун (район), а на обратном пути завернуть в Чаа-Холь. Однако поездку пришлось отложить до тёплых времён.

 

 

Подходящий момент выдался только летом следующего года. В самом начале августа я выехал из Кызыла в село Суг-Аксы, расположенное почти у самого подножия красной горы Кызыл-тайга. Надо сказать, что тувинские сказители (а наверняка и не только тувинские) — люди весьма тонкой, даже несколько капризной натуры. Не каждому посчастливится разговорить их хотя бы на маленькую сказку. Поэтому первые несколько дней прошли в поиске помощников и сборе разведданных о месте пребывания сказителей, их здоровье, настроении, характере и расположенности к общению.

 

 

У сказителя из Кара-Чыраа дома никого не оказалось. Опрошенные соседи ничего не знали. На следующий день поступила информация, что сказитель дома, однако она не подтвердилась. Не теряя времени, я решил ехать в Алдан-Маадыр, село, прославившееся легендарным восстанием шестидесяти богатырей. В этом мне помогла Фаина Дыртык-ооловна, дочь Сут-Хольской сказительницы и шаманки.

 

 

С её помощью я познакомился с первым заместителем председателя администрации кожууна по жизнеобеспечению Ооржаком Кирилл Санчиевичем, на счастье оказавшимся родственником знаменитого хоомейджи Хунаштар-оол Ооржака, рассказ о котором я просто не мог не послушать. Направляясь после своего рассказа с инспекцией в Алдан-Маадыр, Кирилл Санчиевич взял меня с собой. Дорога была близкой, всего двадцать шесть километров, однако заняла она не менее двух часов. Ехать пришлось по разбитой, каменистой грунтовке, то и дело объезжая щедро посыпанный булыжник и преодолевая многочисленные разлившиеся ручьи.

 

 

Прибыв на место, мы сразу направились к дому сказителя. Благо Кирилл Санчиевич хорошо с ним знаком — долго искать нам не пришлось. На наш зов сказитель вышел лично, но, узнав причину моего визита, наотрез отказался разговаривать и, не слушая уговоров Кирилл Санчиевича, вернулся в дом. Живущий по соседству племянник, тоже сказитель, в этот момент находился по семейным обстоятельствам в Ишкине, и было неизвестно, когда он мог бы вернуться.

 

 

На следующий день мы повторили попытку встретиться со сказителем. Мы отправились к нему целой делегацией во главе с Фаиной Дыртык-ооловной, в силе убеждения которой сомневаться не приходилось. На этот раз сказитель даже не стал выходить из дому. Такого напора с нашей стороны он не ожидал, и вчерашнее недоверие явно сменилось ужасом. Фаина Дыртык-ооловна, нисколько не смутившись таким развитием событий, устремилась к племяннику сказителя. Но безрезультатно: племянник всё ещё был в Ишкине.

 

 

Тогда, не теряя боевого духа, подняв всю улицу на уши, Фаина Дыртык-ооловна, подобно брошенному копью, штурмом прорвалась в дом сказителя. Её не было минут двадцать. Вернувшись, она рассказала, что нашла сказителя прятавшимся за печкой, долго говорила с ним, упрашивала встретиться со мной. Тут-то и стала ясна причина его категоричного отказа: десять дней назад не стало его сестры, матери племянника, и при всём моём желании сказители не смогли бы со мной встретиться.

 

 

Зная о запрете сказывать в подобных случаях, я не стал настаивать, и мы договорились встретиться в другой раз. На обратном пути наша делегация решила ещё раз заехать в Кара-Чыраа. К нам вышла старшая дочь сказителя Сечитма. Она рассказала, что отец после перенесённого недуга живёт в Кызыле у младшей дочери Ямаа, и, позвонив ей, сразу же договорилась о моём визите. Утром следующего дня я выехал в Кызыл. Встреча была уже назначена, и, проносясь мимо поворота на село Чаа-Холь, я мог лишь с сожалением скользнуть по указателю взглядом.

 

 

В Кызыле, объединившись с группой японцев, много лет занимающейся изучением тувинской культуры, и известным хоомейджи (исполнителем горлового пения) Владимиром Ойдупаа, мы, а всего нас оказалось пятеро, отправились на следующий день к сказителю.

 

Нас встретили очень радушно, сразу угостили тувинским чаем с молоком и солью. Сам сказитель, Тырык Бады-Байыр Томбалович 1935 г.р., старший из оставшихся сказителей, надев свою самую парадную рубашку, был слегка взволнован, но рад неожиданным гостям. После чаепития Ямаа пригласила нас пройти в другую комнату. В гостиной, как и во всём доме, было очень чисто и уютно. Несколько минут установки и настройки записывающей аппаратуры — и мы уже готовы внимательно слушать.

 

 

Бады-Байыр Томбалович расположился в кресле, мы все — напротив него, на диване. Наша беседа началась с музыки. Бады-Байыр Томбалович, сын сказителя, сам — не только сказитель, но ещё музыкант, мастер игры на традиционных тувинских музыкальных инструментах. За свою долгую жизнь он изготовил немало инструментов, но у самого сейчас осталось всего несколько инструментов в Кара-Чыраа и ещё несколько у старшего сына Родиона, который живёт в Усть-Улегесте, поэтому игил и бызанчи мы принесли с собой.

 

 

После болезни сказителю было тяжело играть, руки уже не те, и пальцы не слушались. Бады-Байыр Томбалович виновато оправдывался, что звук плохой, что давно не занимался, а мы, чувствуя неловкость, думали, что нехорошо заставлять пожилого человека играть и рассказывать для нас тоол. Потом сказитель рассказал немного о себе, об отце, о своей жизни и работе, о своих инструментах, а в конце нашей встречи поведал нам то, за чем мы к нему пришли — тоол.

 

Мы пробыли в гостях у Бады-Байыр Томбаловича, его дочери Ямаа и внучек-непосед почти три часа. Много записали и отсняли, а Ямаа внесла в экспедиционную тетрадь немало дополнительных сведений. И всё же, прощаясь со сказителем, все мы невольно подумали, что самое интересное он так и не рассказал.

 

Затерявшийся в Туве

(Леонов С.М.)

 

Ещё фото:

С вершины Кызыл-тайги

На вершине Кызыл-тайги

На Сут-хольском перевале

Тыва

 

 

Фото Евгения Сысоева

 

WA – ON
Ансамбль японской
музыки
Дракон и Феникс
Ансамбль китайской музыки
Караван
Группа иранской музыки
ФОТО, ВИДЕО, АУДИО
Вселенная звука
Международная научно-творческая программа
Душа Японии
Международный музыкальный фестиваль
Потомки Арктиды
Международная научно-творческая программа
Собираем друзей
Международный музыкальный фестиваль
П В С Ч П С В
 
 
 
 
 
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31